- Оно движется!

Длинный зубчатый бугор действительно стал поворачиваться, двинулся в сторону “Свифта” и вдруг исчез под волнами, выбросив в воздух столб белой пены.

- Приготовить глубинные бомбы, - скомандовал капитан. Позже он признался, что охота на невиданное морское чудище интересовала его в тот момент больше, чем потопление вражеской субмарины. В то же время с гидроплана, видевшего все, что происходит в глубине, поступали все новые и новые донесения. Первая подлодка погрузилась метров на двадцать пять и, вероятно, готовилась к торпедной атаке - голубоватый силуэт, едва различимый на сине-зеленом фоне воды. Вдруг вторая подлодка - нет, не подлодка, а черт знает что - огромное, черное, тоже нырнуло и, извиваясь, бросилось в глубину, оставляя за собой пузырчатый след. Ах, какая досада, облако заслонило солнце, ничего нельзя различить.

Капитан сорвал наушники.

- На гидрофоне, что слышно? - крикнул он.

- Шум винтов, сэр… Только странно, они не двигаются… и еще звук такой, будто пилят железо.

- “Он” мешает им, - пробормотал капитан и скомандовал: - Глубинные бомбы!

Три водяных столба вздулись за кормой. Прошло несколько минут.

- Ага, - крикнул гидрофонист. - Они всплывают!

- Взгляните сюда, сэр, - вполголоса заметил помощник, указывая на что-то за правым бортом. Там, в прозрачных бутылочно-зеленых волнах расплывались жирные темно-красные пятна.

- Мы ранили “его”, - сказал капитан.

Помощник молча кивнул головой.

Между тем метрах в двухстах от левого борта забурлила вода, забили фонтаны пены - это поднималась субмарина. У всех, находившихся на палубе эсминца, вырвался крик изумления. Рубка субмарины была помята, как консервная банка, на которую наступили сапогом, труба перископа скручена узлом, поручни на рубке сорваны и выгнуты невероятной силой, носовая пушка едва держалась - висела на каких-то обрывках.